Исследование сотрудника Института экономики УрО РАН Александра Волкова ставит под сомнение устоявшееся представление о прямой взаимосвязи между социально-экономической стабильностью и инновационным развитием. Анализ данных восьми субъектов РФ показал, что высокие зарплаты и низкая безработица в ресурсодобывающих регионах не приводят к технологическим прорывам, тогда как столичные центры, несмотря на меньшую социальную устойчивость, остаются локомотивами инноваций. Подробности изложены в журнале «Экономика: вчера, сегодня, завтра».
Инновационная политика, в том числе на региональном уровне, играет ключевую роль в создании и внедрении новых технологий. В России уже 50% субъектов федерации приняли законы, регулирующие эту сферу, а 30% разработали соответствующие целевые программы. Сегодня существуют разные подходы к оценке эффективности этой работы, например, анализ того, какую долю инновационная продукция составляет от общего объема производства или сколько денег из частных источников привлечено на реализацию инновационных проектов. Кроме того, среди всего спектра мер на первый план часто выдвигается необходимость создания стабильной социально-экономической среды. Именно она должна способствовать усилению взаимодействия науки и бизнеса, а также увеличению числа инновационных предприятий. Однако эмпирических данных, подтверждающих абсолютную неоспоримость этого постулата, пока недостаточно.
“Стабильность сама по себе не гарантирует инновационный прорыв, — отмечает младший научный сотрудник Пермского филиала ИЭ УрО РАН Александр Волков. — Наоборот, многие технологические рывки происходили в непростых условиях. Израиль, постоянно живущий в состоянии конфликта, сумел стать «нацией стартапов». Южная Корея, пройдя через войну и десятилетия авторитаризма, вырвалась в мировые технологические лидеры — ставка на образование и госинвестиции в R&D дала эффект даже без политической стабильности. При этом мы видим, что некоторые благополучные и устойчивые государства, обладающие в том числе ресурсным богатством, отстают в технологическом развитии. Например, весьма обеспеченная Саудовская Аравия занимает лишь 47 место из 133 стран в глобальном рейтинге инноваций”.
Александр Романович решил проверить связь между инновационным развитием и социально-экономической устойчивостью российских регионов. С этой целью были проанализированы данные по девяти показателям: индексам инновационного развития, цифровизации экономики и социальной устойчивости, доле расходов НИОКР в валовом региональном продукте, числу патентов и стартапов на 100 тыс. человек населения, доле высокотехнологичного экспорта, уровню безработицы и среднемесячной заработной платы. В исследовательскую выборку вошли восемь регионов, существенно различающиеся по социально-экономическим условиям: города Москва и Санкт-Петербург, Республика Татарстан, Нижегородская, Новосибирская и Магаданская области, а также Ямало-Ненецкий и Чукотский автономные округа.
Москва и Санкт-Петербург лидируют по индексу инновационного развития (85.4 и 81.2 соответственно), демонстрируют наибольшую патентную активность (45 и 38) и концентрацию технологических стартапов (12.5 и 10.2). Эти регионы также показывают высокие показатели цифровизации экономики (92.1 и 88.5) и социальной устойчивости (80.3 и 78.9). Татарстан, Нижегородская и Новосибирская области занимают крепкие средние позиции как по инновационному развитию, так и по социально-экономической устойчивости.
Наметившуюся взаимосвязь между технологическим развитием и стабильной средой опровергают три отдаленных от центра страны региона. Ямало-Ненецкий и Чукотский автономные округа, а также Магаданская область демонстрируют более высокий уровень социальной устойчивости (91.2, 89.5 и 87.8) и среднемесячной заработной платы. Кроме того, показатели безработицы в этих трех субъектах федерации в полтора раза ниже, чем в Москве. Однако их инновационный потенциал остается низким из-за ориентации на традиционные отрасли — энергетику и добычу полезных ископаемых. Это подтверждается минимальными показателями расходов на НИОКР и низкой патентной активностью.
“На первый взгляд, развивать инновации в ЯНАО или Чукотке – спорно, — соглашается Волков. — Но если создать кластеры вокруг местных отраслей и бросить вызов суровой природе, результат может оправдать усилия. Беспилотники для доставки по тундре, «зеленые» энергоустановки, устойчивые к вечной мерзлоте, новые материалы для Арктики — все эти инновации прямо продиктованы локальными условиями. Кризисных «мотиваторов» тоже хватает: климат меняется, добывающие компании нуждаются в технологиях для Севера, логистика и связь в отдаленных районах требуют нестандартных решений”.
Подробнее читайте: Волков А. Р. (2025). Инновационный потенциал региона: количественный анализ технологической устойчивости. Экономика: вчера, сегодня, завтра. 15(1А). 193–208.
Павел Киев
